Топ-100
Показаны сообщения с ярлыком искусство. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком искусство. Показать все сообщения

пятница, 11 марта 2011 г.

Метафора зеркала


Из Гамлета:

пусть ваше собственное разумение будет вашим наставником, сообразуйте действие с речью, речь с действием, причем особенно наблюдайте, чтобы не переступать простоты природы; ибо все, что так преувеличено, противно назначению лицедейства, чья цель как прежде, так и теперь была и есть - держать как бы зеркало перед природой, являть добродетели ее же черты, спеси - ее же облик, а всякому веку и сословию - его подобие и отпечаток.

Из Дон Кихота:

- Справедливо, - отозвался Дон Кихот, - театральным украшениям не подобает быть добротными, им надлежит быть воображаемыми и только кажущимися, как сама комедия, и все же мне бы хотелось, чтобы ты, Санчо, оценил и полюбил комедию, а следственно и тех, кто ее представляет, и тех, кто ее сочиняет, ибо все они суть орудия, приносящие государству великую пользу: они беспрестанно подставляют нам зеркало, в коем ярко отражаются деяния человеческие, и никто так ясно не покажет нам различия между тем, каковы мы суть, и тем, каковыми нам быть надлежит, как комедия и комедианты.

понедельник, 14 февраля 2011 г.

Страстная неделя Арагона

Луи Арагон Louis Aragon

Страстная неделя La Semaine sainte


Исторический роман, рассказывает о неделе в жизни героев с 19.03.1815 по 25.03.1815. Главный герой - Теодор Жерико, служащий в это время в королевской гвардии (Людовика 18-го) в роте серых мушкетёров. Бегство короля из Парижа во время "100 дней". Хотя Арагон во вступлении утверждает, что
эта книга не является историческим романом. Любое сходство персонажей ... с подлинными историческими личностями, равно как и совпадение имён, географических названий, деталей ... лишь чистая игра случая,

 на самом деле этот роман гораздо более исторический, чем большинство романов, называемых таковыми. Взят интересный исторический момент, ярко показано огромное количество персонажей из самых разных слоёв общества, запоминающиеся описания мест действия, неожиданные детали и сближения персонажей и событий (да и персонажи появляются весьма неожиданные).
Все  колеблются - отступать ли с королём (бежать), перейти на сторону Наполеона, покинуть армию и т.д. Колеблется и Жерико. Для него чужды и аристократы, мечтающие о старых (дореволюционных) порядках, и Наполеон, который ввязал страну в кровопролитные войны и довёл их до поражения, до оккупации страны иностранцами (в 1814).
Весьма интересны описания и детали, относящиеся к быту (не скажешь, что к повседневной жизни - ситуация чрезвычайная).

Картина Жерико "Раненный кирасир", одна из двух,
 выставлявшихся в Салоне, закончившем работу как
раз 19.03.1815.
Местами сложно разобраться в персонажах, называемых то первоначальными фамилиями, то титулами, полученными от Империи. Так, путались со всеми их титулами маршалы Мармон, Макдональд и Бертье. Они называются герцогом Рагузским, князем Ваграмским и т.п., так ещё все три ещё и маршалы.
Поначалу кажется, что в романе слишком много персонажей, рассказ перескакивает с одного на другого, однако постепенно становится понятна роль каждого.
Есть, конечно, несколько моментов, когда автор скатывается на заезженную дорогу обычного исторического романа, но затем быстро возвращается на свой оригинальный путь.

Роман написан в эпоху господства во Франции идей "конца романа" и абстракционизма в области изобразительного искусства. Ответом Арагона является эпического размаха исторический роман и рассуждения главного героя - Жерико о правдивости искусства.

Кроме Жерико интересными получились полковник Фавье - будущий герой войны за независимость Греции, маршал Бертье, герцог "дюк" Ришелье (основатель Одессы). Хотя яркими, с особенным характером, получились персонажей 20.

Жерико, Жан Луи Андре Теодор на Викискладе

:: Луи Арагон :: Страстная неделя :: скачать книгу в rtf, fb2 ...
скачать книгу Страстная неделя бесплатно, автор Луи Арагон
Луи Арагон - Страстная неделя » Архив Книг - Скачать книги бесплатно

среда, 17 марта 2010 г.

Об искусстве

Лев Николаевич Толстой

ОБ ИСКУССТВЕ

1889, опубликовано 1927

Весной 1889 г. редактор журнала "Русская мысль" Гольцов собирался прочитать лекцию "О прекрасном в искусстве". Для лекции он попросил Толстого дать определение искусства и осветить вопрос "о сознательных элементах в художественном творчестве".
Запись Гольцова со слов Толстого не сохранилась. Затем Толстой записал тезисы, которые вошли в лекцию, и, затем - в статью Гольцова.
Однако Толстой вернулся к тезисам и несколько раз переделывал их. Дальнейшую работа над ними была отложена ради Крейцеровой сонаты.

Произведение искусства хорошо или дурно от того, что говорит, как говорит и насколько от души говорит художник.

Для того чтобы произведение искусства было совершенно, нужно, чтобы то, что говорит художник, было совершенно ново и важно для всех людей, чтобы выражено оно было вполне красиво и чтобы художник говорил из внутренней потребности и потому говорил вполне правдиво.

Для того чтобы то, что говорит художник, было вполне ново и важно, нужно, чтобы художник был нравственно просвещенный человек, а потому не жил бы исключительно эгоистичной жизнью, а был участником общей жизни человечества.

Для того чтобы то, что говорит художник, было выражено вполне хорошо, нужно, чтобы художник овладел своим мастерством так, чтобы, работая, так же мало думал о правилах этого мастерства, как мало думает человек о правилах механики, когда ходит.

А чтобы достигнуть этого, художник никогда не должен оглядываться на свою работу, любоваться ею, не должен ставить мастерство своей целью, как не должен человек идущий думать о своей походке и любоваться ею.

Для того же, чтобы художник выражал внутреннюю потребность души и потому говорил бы от всей души то, что он говорит, он должен, во-первых, не заниматься многими пустяками, мешающими любить по-настоящему то, что свойственно любить, а во-вторых, любить самому, своим сердцем, а не чужим, не притворяться, что любишь то, что другие признают или считают достойным любви. И для того чтобы достигнуть этого, художнику надо делать то, что делал Валаам, когда пришли к нему послы и он уединился, ожидая бога, чтобы сказать только то, что велит бог: и не делать того, что сделал тот же Валаам, когда, соблазнившись дарами, пошел к царю, противно повелению бога, что было ясно даже ослице, на которой он ехал, но не видно было ему, когда корысть и тщеславие ослепили его.

Из того, до какой степени достигает произведение искусства совершенства в каждом из этих трех родов, вытекает различие достоинств одних произведений от других. Могут быть произведения 1) значительные, прекрасные и мало задушевные и правдивые; могут быть 2) значительные, мало красивые и мало задушевные и правдивые; могут быть 3) мало значительные, прекрасные, и задушевные, и правдивые и т. д. во всех сочетаниях и перемещениях.

суббота, 27 февраля 2010 г.

Социально-организационное значение искусства. Тезисы Богданова

А.А.Богданов
Социально-организационное значение искусства.
Тезисы лекции в Российской академии художественных наук.
Москва, 21.10.1921.

1. Искусство - одна из идеологий, точнее - особая группа идеологий.
Исследовать его с организационной точки зрения, значит исследовать его жизненную функцию в обществе, как организованной системе.
2. Можно заранее утверждать, что это должна быть функция практически нужная в борьбе общества с приро-дою, ибо только биологически полезное могло сохраняться и развиваться в мириадах лет за счет большой и возрастающей затраты социальной энергии, начиная с тех первых этапов, когда человечество едва держалось среди враждебных стихий.
3. Определить эту функцию можно только путем наблюдения искусства в жизни. Для других идеологий такое наблюдение легко и просто решает дело.
Слово в практике явным образом играет роль средства, при помощи которого организуются все процессы труда и распределения, все собирание и систематизация опыта, все вообще сочетания человеческих активностей. Организующая роль обычая, морали, права и других норм в реальной жизни не менее очевидна. Организующая роль науки, если и была несколько затемнена в античных мировоззрениях рабовладельческим презрением к производительному труду, то стала вполне ясной в эпоху буржуазного общества, где на науке основывается вся практическая организация производства, но также и все расчеты людей в сфере рас-пределения, и где под знаменем научных доктрин органи-зуются социальные классы в их борьбе.
Роль искусства дольше оставалась в этом смысле затемненною, потому что этим орудием и буржуазное общество не сумело сознательно овладеть в такой мере, в какой ов-ладело наукою. Легче всего уяснить дело, если рассматривать искусство в жизни, начиная с его зародышей, и далее по линии развития.
4. Эмбрионы искусства у животных - пение, танцы, архитектура (бальные беседки у некоторых австралийских птиц). Все они являются организационными средствами создания элементарно видовой ячейки-семьи, первого коллектива.
5. В первобытно-стадной человеческой коммуне намечается песня трудовая, организационное значение которой ясно, как и позднейшей песни боевой.
Начало музыки лежит в трудовых шумах с их ритмом; значение такое же.
У дикарей танец военный, подобно боевой песне, есть орудие, предварительной организации сил коллектива, его "духа", для предстоящей борьбы; танец совета - для спокойного объективного обсуждения, и проч.
В дальнейшем пение, музыка, танцы оставались и остаются орудием организации бытовых связей коллектива - сближения его единиц в разные бытовые ячейки, их эмоционального взаимопонимания, от которого зависит сплоченность коллектива в жизни.
6. Древнейшая пещерная живопись имеет явно "образовательное" значение - есть средство передачи руководящих указаний для практики, для отношений к окружающей среде.
7. В дальнейшем развитии живопись вместе со скульптурой, архитектурой, а частью и тоническими искусствами, приобретает религиозный характер и становится орудием религиозного сплочения коллектива.
8. Поэзия, религиозная и героическая, являлась затем основным орудием общего социального воспитания, т.е. организационной подготовки членов общества, реального введения в коллектив.

вторник, 23 февраля 2010 г.

Реализм. Статья из Литературной энциклопедии. Автор - Д.Мирский

Статья Реализм из Литературной энциклопедии.
"Реализм
— в литературе и искусстве — направление, стремящееся к изображению действительности"



Р. противопоставляется, с одной стороны, направлениям, в которых содержание подчинено самодовлеющим формальным требованиям (условная формальная традиция, каноны абсолютной красоты, стремление к формальной остроте, «новаторству»); с другой стороны — направлениям, берущим свой материал не из реальной действительности, а из мира фантазии (какого бы происхождения ни были образы этой фантазии), или ищущим в образах реальной действительности «высшей» мистической или идеалистической реальности. Р. исключает подход к искусству как к свободной «творческой» игре и предполагает признание реальности и познаваемости мира. Р. — то направление в искусстве, в к-ром природа искусства как особого рода познавательной деятельности наиболее ясно выражена.

Мирский Д. Реализм // Литературная энциклопедия: В 11 т. [М.], 1929-1939. Т. 9. - М.: ОГИЗ РСФСР, Гос. ин-т. Сов. Энцикл., 1935. Стб. 548-576.
Реализм

суббота, 1 августа 2009 г.

Пастернак Несколько положений

Опубликована в альманахе Современник в 1922

Несколько положений
1 Когда я говорю о мистике, или о живописи, или о театре, я говорю с той миролюбивой необязательностью, с какой рассуждает обо всём свободомыслящий любитель.
Когда речь заходит о литературе, я вспоминаю о книге и теряю способность рассуждать. Меня надо растолкать и вывести насильно, как из обморока, из состояния физической мечты о книге, и только тогда, и очень неохотно, превозмогая лёгкое отвращение, я разделю чужую беседу на любую другую литературную тему, где речь будет идти не о книге, но о чём угодно ином, об эстраде, скажем, или о поэтах, о школах, о новом творчестве и т. д.
По собственной же воле, без принуждения, я никогда и ни за что из мира своей заботы в этот мир любительской беззаботности не перейду.

2 Современные течения вообразили, что искусство как фонтан, тогда как оно – губка.
Они решили, что искусство должно бить, тогда как оно должно всасывать и насыщаться.
Они сочли, что оно может быть разложено на средства изобразительности, тогда как оно складывается из органов восприятия.
Ему следует всегда быть в зрителях и глядеть всех чище, восприимчивей и верней, а в наши дни оно познало пудру, уборную и показывается с эстрады; как будто на свете есть два искусства и одно из них, при наличии резерва, может позволить себе роскошь самоизвращения, равную самоубийству. Оно показывается, а оно должно тонуть в райке, в безвестности, почти не ведая, что на нём шапка горит и что, забившееся в угол, оно порождено светопрозрачностью и фосфоресценцией, как некоторой болезнью.

3 Книга есть кубический кусок горячей, дымящейся совести – и больше ничего.
Токование – забота природы о сохранении пернатых, её вешний звон в ушах. Книга – как глухарь на току. Она никого и ничего не слышит, оглушённая собой, себя заслушавшаяся.
Без неё духовный род не имел бы продолжения. Он перевёлся бы. Её не было у обезьян.
Её писали. Она росла, набиралась ума, видала виды, – и вот она выросла и – такова. В том, что её видно насквозь, виновата не она. Таков уклад духовной вселенной.
А недавно думали, что сцены в книге – инсценировки. Это – заблуждение. Зачем они ей? Забыли, что единственное, что в нашей власти, это суметь не исказить голоса жизни, звучащего в нас.
Неумение найти и сказать правду – недостаток, которого никаким уменьем говорить неправду не покрыть. Книга – живое существо. Она в памяти и в полном рассудке: картины и сцены – это то, что она вынесла из прошлого, запомнила и не согласна забыть.

4 Жизнь пошла не сейчас. Искусство никогда не начиналось. Оно бывало постоянно налицо до того, как становилось.
Оно бесконечно. И здесь, в этот миг за мной и во мне, оно – таково, что как из внезапно раскрывшегося актового зала меня обдаёт его свежей и стремительной повсеместностью и повсевременностью, будто это: приводят мгновение к присяге.
Ни у какой истинной книги нет первой страницы. Как лесной шум, она зарождается бог весть где, и растёт, и катится, будя заповедные дебри, и вдруг, в самый тёмный, ошеломительный и панический миг, заговаривает всеми вершинами сразу, докатившись.

5 В чём чудо? В том, что жила раз на свете семнадцатилетняя девочка по имени Мэри Стюарт и как-то в октябре у окошка, за которым улюлюкали пуритане, написала французское стихотворение, кончавшееся словами:

Car mon pis et mon mieux
Sont les plus désert lieux.*)
В том, во-вторых, что однажды в юности, у окна, за которым кутёжничал и бесновался октябрь, английский поэт Чарльз Альджернон Суинберн закончил «Chastelard'а», в котором тихая жалоба пяти Марииных строф вздулась жутким гуденьем пяти трагических актов.
В третьих, в том, наконец, что когда как-то раз, тому назад лет пять, переводчик взглянул в окно, он не знал, чего ему удивляться больше.
Тому ли, что елабужская вьюга знает по-шотландски и, как и в оный день, всё ещё тревожится о семнадцатилетней девочке, или же тому, что девочка и её печальник, английский поэт, так хорошо, так задушевно хорошо сумели рассказать ему по-русски про то, что по-прежнему продолжает волновать их обоих и не оставило преследовать.
Что это значит? – задался переводчик вопросом. Что там делается?
Отчего сегодня так тихо (и ведь вместе так вьюжно!) там? Казалось бы, по тому, что мы туда посылаем, там должны бы истекать кровью. Между тем – там улыбаются.
Вот в чём чудо. В единстве и тожественности жизни этих троих и целого множества прочих (свидетелей и очевидцев трёх эпох, лиц биографии, читателей) – в заправдашнем декабре неизвестно какого года, который гудит и сипнет там, за окном, под горой, в ... искусстве.
Вот в чём оно.

6 Существуют недоразуменья. Их надо избежать. Здесь место дани скуке.
Говорят – писатель, поэт…
Эстетики не существует. Мне кажется, эстетики не существует в наказанье за то, что она лжёт, прощает, потворствует и снисходит. Что, не ведая ничего про человека, она плетёт сплетню о специальностях.
Портретист, пейзажист, жанрист, натюрмортист? Символист, акмеист, футурист? Что за убийственный жаргон!
Ясно, что это – наука, которая классифицирует воздушные шары по тому признаку, где и как располагаются в них дыры, мешающие им летать.
Неотделимые друг от друга поэзия и проза – полюса.
По врождённому слуху поэзия подыскивает мелодию природы среди шума словаря и, подобрав её, как подбирают мотив, предаётся затем импровизации на эту тему.
Чутьём, по своей одухотворённости, проза ищет и находит человека в категории речи, а если век его лишён, то на память воссоздаёт его, и подкидывает, и потом, для блага человечества, делает вид, что нашла его среди современности. Начала эти не существуют отдельно.
Фантазируя, наталкивается поэзия на природу. Живой действительный мир – это единственный, однажды удавшийся и всё ещё без конца удачный замысел воображения. Вот он длится, ежемгновенно успешный. Он все ещё – действителен, глубок, неотрывно увлекателен. В нём не разочаровываешься на другое утро. Он служит поэту примером в большей ещё степени, нежели – натурой и моделью.

7 Безумье – доверяться здравому смыслу. Безумье – сомневаться в нём. Безумье – глядеть вперёд. Безумье – жить не глядючи. Но заводить порою глаза и при быстро подымающейся температуре крови слышать, как мах за махом, напоминая конвульсии молний на пыльных потолках и гипсах, начинает ширять и шуметь по сознанью отражённая стенопись какой-то нездешней, несущейся мимо и вечно весенней грозы, это уж чистое, это во всяком случае – чистейшее безумье!
Естественно стремиться к чистоте.
Так мы вплотную подходим к чистой сущности поэзии. Она тревожна, как зловещее круженье десятка мельниц на краю голого поля в чёрный, голодный год.