Сентиментальное путешествие Шкловского

Виктор Шкловский Сентиментальное путешествие

Воспоминания 1917-1922
Петербург-Галиция-Персия-Саратов-Киев-Петербург-Днепр-Петербург-Берлин


1923

Повествование начинается с описания событий Февральской революции в Петрограде.
Продолжается в Галиции во время июльского (1917 г.) наступления Юго-Западного фронта, разложения русской армии в Персии в окрестностях озера Урмия и её вывода (и там и там автор был комиссаром Временного правительства), затем участие в заговорах против большевиков в Петрограде и Саратовской губернии и против гетмана Скоропадского в Киеве, возвращение в Петроград и получение (по пути) амнистии от ЧК, разруха и голод в Петрограде, путешествие на Украину в поисках уехавшей туда от голода жены, и служба в Красной армии в качестве инструктора подрывников.
Новое (после ранения) возвращение в Петроград, новые лишения - и на этом фоне - бурная литературно-научная жизнь. Угроза ареста и бегство из России. Заканчивается роман (так жанр определён автором) рассказом встреченного в Петрограде знакомого по службе в Персии айсора о трагических событиях после ухода русской армии.
Участвуя в этих бурных событиях, автор не забывал писать статьи и книги, что нашло отражение в страницах, посвящённых Стерну, Блоку и его похоронам, "Серапионовым братьям" и др.

Мирский:

"у него (Шкловского) есть место не только в теории литературы, но и в самой литературе, благодаря замечательной книге воспоминаний, название для которой он, верный себе, взял у своего любимого Стерна — Сентиментальное путешествие (1923); в ней рассказаны его приключения от Февральской революции до 1921 года. По-видимому книга названа так по принципу ”lucus a non lucendo” ( ”роща не светит” — лат. форма, означает ”по противоположности”), ибо всего замечательнее, что сентиментальность из книги вытравлена без остатка. Самые кошмарные события, как, например, резня курдов и айсоров в Юрмии, описаны с нарочитым спокойствием и с изобилием фактических подробностей. Несмотря на аффектированно-неряшливый и небрежный стиль, книга захватывающе интересна. В отличие от столь многих нынешних русских книг, она полна ума и здравого смысла. Притом она очень правдивая и, несмотря на отсутствие сентиментальности, напряженно эмоциональна."

Краткое содержание книги «Сентиментальное путешествие» В. Шкловского
Мирский. Шкловский и Эренбург. — 1992
[Рец. на кн.:] Шкловский В.Б. Сентиментальное путешествие ...
Литературная критика. Антрекот - "Пейзаж после битвы"
Шкловский В.Б. Сентиментальное путешествие - - Минувшее.Ру

Сентиментальное путешествие, Виктор Шкловский — читать книгу онлайн
Несколько цитат.
В гражданской войне наступают друг на друга две пустоты.
Нет белых и красных армий.
Это не шутка. Я видал войну.
Жена рассказывает Шкловскому как было при белых в Херсоне:
Рассказывала, как тоскливо было при белых в Херсоне.
Они вешали на фонарях главных улиц.
Повесят и оставят висеть.
Проходят дети из школы и собираются вокруг фонаря. Стоят.
История эта не специально херсонская, так делали, по рассказам, и в Пскове.
Я думаю, что я знаю белых. В Николаеве белые расстреляли трёх братьев Вонских за бандитизм, из них один был врач, другой присяжный поверенный - меньшевик. Трупы лежали среди улицы три дня Четвёртый брат, Владимир Вонский, мой помощник в 8-ой армии, ушёл тогда к повстанцам. Сейчас он большевик.
Вешают людей на фонарях и расстреливают людей на улице белые из романтизма.
Так повесили они одного мальчика Полякова за организацию вооружённого восстания. Ему было лет 16-17.
Мальчик перед смертью кричал: "Да здравствует Советская власть!".
Так как белые - романтики, то они напечатали в газете о том, что он умер героем.
Но повесили.
Во время Февральской революции и после неё:
Теперь о пулемётах на крышах. Меня вызывали сбивать их в продолжение чуть ли не двух недель. Обычно, когда казалось, что стреляют из окна, начинали беспорядочно стрелять по дому  из винтовок, и пыль от штукатурки, подымающаюся в местах попаданий, принимали за ответный огонь. Я убеждён, что главная масса убитых во время Февральской революции убита нашими же пулями, прямо падающими на нас сверху.
Команда моя обыскала почти весь район Владимирский, Кузнечный, Ямской и Николаевский, и я не имею ни одного положительного заявления о находке пулемёта на крыше.
А вот в воздух мы стреляли очень много, даже из пушек.
 О роли "интернационалистов" и большевиков, в частности:

Для выяснения их роли приведу параллель. Я не социалист, я фрейдовец.
Человек спит и слышит, как звонит звонок на парадной. Он знает, что нужно встать, но не хочет. И вот он придумывает сон и в него вставляет этот звонок, мотивируя его другим способом, - например, во сне он может увидать заутреню.
Россия придумала большевиков как сон, как мотивировку бегства и расхищения, большевики же не виновны в том, что они приснились.
А кто звонил?
Может быть, Всемирная Революция.
Ещё:
... мне не жаль, что я целовал и ел, и видал солнце; жаль, что подходил и хотел что-то направить, а всё шло по рельсам. ... Я не изменил ничего. ...
Когда падаешь камнем, то не нужно думать, когда думаешь, то не нужно падать. Я смешал два ремесла.
Причины, двигавшие мною, были вне меня.
Причины, двигавшие другими, были вне их.
Я - только падающий камень.
Камень, который падает и может в то же время зажечь фонарь, чтобы наблюдать свой путь.

Много ходил я по свету и видел разные войны, и всё у меня впечатление, что был я в дырке от бублика.
И страшного никогда ничего не видел. Жизнь не густа.
А война состоит из большого взаимного неуменья.

... тяжесть привычек мира притягивала к земле брошенный революцией горизонтально камень жизни.
Полёт превращается в падение.
О революции:
 Это неправильно, что мы так страдали даром и что всё не изменилось.

Страшная страна.
Страшная до большевиков. 

Уже носили галифе. И новые офицеры ходили со стеками, как старые. ... А потом всё стало как прежде. 

Не надо думать, что книга состоит из таких сентенций. Конечно, нет, - они лишь следуют  как вывод из ярко описанных фактов и ситуаций революции и гражданской войны.

Комментарии

svv написал(а)…
Лучшее, что читал о революции и гражданской войне. Сочетаются размах, динамичность и внимание к точным и поразительным деталям. Широкий и непредвзятый вгляд, несмотря на то, что пишет активный участник. Гораздо лучше всего остального на эту тему (например, "Окаянные дни" Бунина).

Популярные сообщения из этого блога

Возобновление записей

Песня Миньоны из романа Гёте Ученические годы Вильгельма Мейстера

Толстой Лев